Loading...

«Без цифровых технологий уже невозможно — они в каждом движении»
Росбанк

Пару месяцев назад «Интеррос» закрыл сделку по приобретению доли международной финансовой группы Societe Generale в Росбанке. Известно, что и Росбанк, и «Интеррос» на самых разных уровнях активно внедряют в свои проекты цифровые технологии. Об уже имеющихся проектах и их дальнейшем развитии нам рассказала директор по инновациям и управлению данными Росбанка  Ольга Махова.

— Какие технологичные проекты были у Росбанка ранее?

— Росбанк давно сделал ставку на технологичность  наш клиент очень взыскателен в этом отношении. Сложно отделить технологические проекты от бизнес-проектов  это единое целое сегодня, которое создается едиными agile-командами, сочетающими бизнес и IT-компетенции. Создаем ли мы продукты и сервисы для наших клиентов, повышаем ли эффективность внутренних процессов организации, или оснащаем сотрудников современным удаленным рабочим местом  все эти инициативы невозможны без технологической компоненты.

Важный шаг, который за последние несколько лет совершил Росбанк, касается разработки сервисов для пользователей. Мы во многом переработали или даже создали с нуля мобильные приложения, оптимизированные в соответствии с потребностями клиентов. Затем уже на этих платформах происходила интеграция с разными партнерами, цель которой — предоставить клиенту наиболее удобные сервисы.

Другой важный стратегический вектор в нашей программе стратегического развития — это проекты в сфере data science. Росбанк сейчас активно развивает проекты, связанные с созданием услуг и централизованной инфраструктуры по управлению данными.

Также можно упомянуть инструменты, построенные на блокчейн-платформах. Как вы знаете, недавно платформа Atomyze первой в России получила лицензию оператора цифровых финансовых активов. Для нас это одна из тем, на которые мы делаем ставку: ее мы развивали, развиваем и будем развивать, поскольку актуальность блокчейн-технологий все возрастает.

Завершить представление технологичных проектов Росбанка можно инструментами, связанными с переводом сотрудников в гибридный режим работы в период пандемии COVID-19. Их тоже можно считать цифровыми проектами, поскольку мы оснастили своих сотрудников всеми необходимыми средствами связи и техникой, а также навыками управления, позволившими работать удаленно. При этом эффективность разработок не снизилась и до сих пор поддерживается на высоком уровне.

— Вы упомянули, что проект Atomyze, который был поддержан «Интерросом» Владимира Потанина, получил лицензию оператора цифровых финансовых активов. На сегодняшний день уже есть примеры проектов, в которых Росбанк планирует это использовать?

— Если говорить упрощенно, то сейчас в мире развивается три направления технологии блокчейн — это цифровые финансовые активы, цифровые валюты и криптовалюты. Для нас одинаково интересны и важны все три, поскольку каждая дает возможность под каким-то другим углом посмотреть на банковский бизнес, на нашу роль в этом бизнесе, на услуги и банковские продукты, которые мы поставляем. Если говорить о ЦФА и нашем партнерстве с платформой Atomyze, то в самом партнерстве Росбанк выполняет классическую для банка функцию — занимается идентификацией и проверкой клиентов, открытием счетов. После этих операций клиент получает возможность пользоваться платформой Аtomyze для покупки ЦФА, возможность совершать более широкий круг операций с цифровыми правами — и продавать, и обменивать их. Цифровые права — это цифровая репрезентация прав по реальным активам. Представьте, что вы можете инвестировать в долю товара вместо целого. Например, купить всего 1 м2 жилой площади, а не целую квартиру, чтобы инвестировать в том масштабе, который вам доступен и наиболее удобен на данный момент. Таким же образом в ближайшем будущем по мере развития законодательства и платформы клиент также сможет покупать доли дорогостоящих акций. Другое направление, в котором блокчейн-технологии будут крайне полезны, — это организация цепочек поставок. Блокчейн обеспечит мгновенное и безопасное осуществление операций, не требующее физического перемещения товара без необходимости. Если говорить про токенизацию в банковской сфере, то тут есть разные варианты — можно предлагать клиентам новые инструменты инвестирования, можно выступать эмитентом и, например, токенизировать залоги, портфели или создавать новые банковские продукты, такие как токенизированная дебиторская задолженность. И это только часть возможностей, которые открываются перед нами, — фактически появляется новый цифровой мир, который работает с другой скоростью, безопасностью, прозрачностью.

— Какие из операций с ЦФА будут наиболее актуальны для Росбанка? В основном это управление вкладами и инвестициями или что-то еще?

— ЦФА в первую очередь будут востребованы клиентами как продукт, который они смогут покупать с точки зрения инвестиций. Это удобно и будет иметь для клиента определенную ценность, поскольку сделает доступным целый ряд продуктов, которые человек раньше просто не мог приобрести. Это относится к примеру с дроблением инвестиций в недвижимость, который мы обсуждали ранее. ЦФА дадут возможность банку снизить издержки и исключить посредников в целом ряде процессов, например избежать брокерской комиссии при использовании цифровых акций вместо обычных. Следовательно, для клиента покупка таких активов будет более выгодна, а значит, и востребована.

— Предлагаю вернуться на уровень выше — к теме цифровых технологий в целом. Насколько эффективно российские банки внедряют их в свою деятельность, если сравнивать с зарубежными?

— Однозначно многие российские банки более продвинуты, если сравнивать с европейскими. Этому есть свои причины. Основная заключается в том, что европейский рынок более консервативен, его клиенты более привычны к традиционному банкингу. Такая консервативность может подталкивать людей каждый раз приходить в офис, а не использовать, например, мобильные приложения. Вероятно, это связано с тем, что клиенты видят в них опасность, связанную с персонализацией и использованием личных данных. Поэтому менее требовательные с точки зрения цифровизации клиенты не подталкивают европейские банки к развитию в этом направлении. Следовательно, банки следуют за потребностями своих пользователей и внедряют технологии крайне осторожно. В отличие от европейского клиента российский клиент другой. В России традиционный банкинг с комфортными отделениями и офлайн-услугами долгое время был слабо развит. Мы практически сразу «прыгнули» в сферу цифровых сервисов, стали их активно развивать, и поэтому российские клиенты сейчас очень требовательны к цифровым технологиям. Более удобный сервис может стать поводом для смены банка, что порождает огромную конкуренцию в сфере цифровых технологий.

Если же сравнивать Россию и Китай, то, конечно, наши восточные коллеги нас опережают в том числе в сфере банковских технологий, включая цифровые валюты: цифровой юань, например, уже находится в более высокой степени готовности к полноценному внедрению.

— Какие технологии используют российские банки — отечественные или зарубежные? Не помешают ли санкции дальнейшей цифровизации банковской сферы?

— Если честно, за программное обеспечение в нашей стране я не переживаю — у нас много сильных ИТ-компаний, уверена, что они быстро смогут воспользоваться образовавшейся пустотой с пользой для себя и для рынка. Вижу, процесс импортозамещения идет очень активно. Российские компании, в особенности государственные, довольно давно взяли курс на снижение зависимости от Запада. Например, сфера информационной безопасности по настоянию правоохранительных органов и регуляторов стала практически независимой от зарубежных разработок и имеет хорошие российские аналоги. Сейчас идет довольно серьезная проверка на выживаемость российских технологий, поскольку участились разного рода покушения на устойчивость наших приложений. Есть, конечно, детали, которые нужно доработать, но в целом банковский бизнес не остановился — технологии находятся довольно легко и российских аналогов много.

— Как вы оцениваете перспективы развития цифровых технологий в Росбанке теперь, с приходом «Интерроса»? Удастся ли с таким партнерством решить какие-либо недоступные ранее задачи?

— Об этом пока еще рано говорить, но важно то, что «Интеррос» поддерживает платформу Аtomyze и все, что связано с цифровыми финансовыми активами. В этом смысле мы с ними находимся в одной лодке. Мы однозначно видим высокую степень интеграции и единый вектор развития. Для «Интерроса» финансовая сфера — приоритетная, поэтому здесь мы будем совместно развиваться.

— То есть на данном этапе главное, что есть общие цели и общий вектор развития?

— Да, и мы видим, что в самых разных направлениях и проектах наш новый акционер большое внимания уделяет цифровым технологиям. Вопрос: «Может ли банк существовать без цифровых технологий?» — уже давно закрыт. Без технологий невозможно — они в каждом движении и в каждом шаге.


Подписывайтесь на InScience.News в социальных сетях: ВКонтакте, Telegram.