Loading...

«Для нас это будет бурный год»
РНФ / mohamed Hassan / Pixabay

Какие итоги подвел РНФ по проектам 2021 года, как среди грантополучателей распределены разные возрастные группы и регионы, как фонд планирует отвечать на новые вызовы и решать проблемы с международным сотрудничеством и публикациями в зарубежных журналах, чего не хватает квантовым компьютерам, как переработать гудрон и сделать полезными наши любимые блюда, читайте в репортаже с пресс-конференции РНФ.
«По наиболее высоко цитируемым публикациям мы близки к 41%»

В 2021 году Российский научный фонд увеличил количество проектов до 5,3 тысячи и выделил для их поддержки более 24 миллиардов рублей. Статистика уже показывает результаты этой работы, в том числе — рост по количеству научных публикаций и их цитирований, которые считаются основным итогом в поисковых сферах науки. «Хотя РНФ получает менее 10% от всего бюджетного финансирования фундаментальных исследований, по наиболее высоко цитируемым публикациям мы близки к 41%», — подчеркнул генеральный директор фонда Александр Хлунов. Благодаря работам, выполненным на средства РНФ, статьи российских ученых попали в новые влиятельные журналы с импакт-фактором до 94,5, которые были недоступны им раньше. Кроме того, фонду удалось увеличить количество упоминаний в СМИ: если в 2020 году их содержала 16,4 тысячи публикаций, то в 2021 — 22,7 тысячи. По словам Александра Хлунова, российские ученые с удовольствием стали делиться достижениями и в рубрике «Расскажи о своем проекте».

«Наибольшей популярностью пользуется конкурс малых научных групп, который перешел от РФФИ, и программы поддержки молодежи», — отметил Хлунов. Однако пока далеко не все российские научные организации и их сотрудники заинтересованы подавать заявки. «Сорок тысяч российских ученых, которые поддерживаются грантами РНФ, — это значимая величина, хотя ученых у нас существенно больше, как и организаций НИОКР. К сожалению, к нам приходит с заявками всего лишь 10% ученых и организаций, а 90% организаций остаются в стороне», — рассказал генеральный директор РНФ.

Из презентации Александра Хлунова


Также он опроверг стереотип, что все гранты концентрируются в Москве и Санкт-Петербурге: намного больше проектов выполняется в Сибирском федеральном округе. А самыми «модными» по количеству грантов отраслями знаний традиционно стали химия и науки о материалах, а также инженерные науки. Хлунов подчеркнул, что треть руководителей проектов в 2021 году — женщины, и их доля растет, как и доля руководителей до 39 лет. Значительную часть заявок подают молодые коллективы, но при этом присутствуют и более зрелые участники, так что с годами возрастная пирамида становится более пологой и не опирается исключительно на одну группу. «Аспиранты — это огромное подспорье для всех проектов, — отметил генеральный директор фонда. — Кандидаты наук — основная тягловая сила среди участников, а вот докторов немного меньше 15%. Так что вопрос по мотивации людей с научными степенями остается злободневным».

«Вариантов таких решений в мире немного, и мы надеемся на прорыв»

Перед журналистами выступили и авторы успешных проектов. Директор Института нефтехимического синтеза им. А.В. Топчиева РАН Антон Максимов рассказал, как его группе на грантовые средства удалось решить задачу переработки самой тяжелой части нефти (так называемого «тяжелого остатка», или попросту гудрона). Этот продукт содержит много тяжелых металлов, серы и азота и при переработке нефти чаще всего просто сжигается, так что токсичные вещества загрязняют окружающую среду. Возможность сделать катализатор, который поможет превратить тяжелый остаток во что-то полезное, ограничивалась его вязкостью: обычно катализатор для таких реакций — пористый материал, а гудрон забил бы все поры. Группа Антона Максимова создала другой тип катализатора, молекулы которого такие же крупные, как и у самого гудрона. Российские ученые нашли способ «готовить» катализатор в самом сырье во время переработки и получили из вредных отходов нефтехимии полезный продукт (никель, ванадий и легкие фракции нефти) с выходом до 95%. Для этого потребовался катализатор в низкой концентрации, который можно использовать повторно. Коммерческие партнеры помогли ученым создать опытную установку, способную переработать 50 тысяч тонн гудрона в год. «Это будет первый уникальный пример переработки тяжелых остатков нефти в России с таким результатом. Благодаря гранту РНФ мы достигли фундаментального понимания, как работает этот катализатор, каковы закономерности превращения этих сложных высокомолекулярных смесей, как ими управлять. Вариантов таких решений в мире немного, и мы надеемся на прорыв», — добавил Максимов.

Заведующий лабораторией Федерального исследовательского центра питания, биотехнологии и безопасности пищи Василий Исаков рассказал о новых исследованиях еды. По его словам, подсчет калорий и БЖУ не дает нам полноценной информации: «Человек не ест жиры, белки и углеводы, человек ест разнообразную пищу, весьма сложную по химическому составу, причем продукты и вещества в них по-разному взаимодействуют друг с другом. Поэтому вместо изучения веществ переходят к паттернам питания. Например, средиземноморская диета содержит много белков и жиров, но люди с такой диетой в среднем живут дольше и меньше страдают "болезнями цивилизации"». Кроме того, многим людям бесполезно говорить, что надо есть меньше сахара и больше салата: их культурные, семейные, генетические предпочтения заставляют сопротивляться этим правилам и есть, говоря условно, сосиски. Однако можно сделать сосиски более полезными, обогатив их другими компонентами, или создать совершенно новые продукты благодаря современным пищевым технологиям. Группа Исакова изучила пищевые паттерны покупателей в магазинах индустриального партнера и создала линейку из 80 более полезных блюд с логотипом научного центра и упоминанием РНФ.

«Поддержите предпринимателей, сделайте доступные, вкусные, качественные продукты, и люди сами перейдут на них, — уверен Исаков. — Мы видим простой результат: люди обращают внимание, есть на упаковке наш логотип или нет. Они думают, что, если это сделали ученые, это хорошо и полезно. Но чтобы увидеть изменения покупательской активности, надо посмотреть, какой она будет через несколько лет».

Более фундаментальный научный проект представил руководитель научной группы «Квантовые информационные технологии» Российского квантового центра Алексей Федоров. Однако даже сложнейшие квантовые компьютеры — это не только демонстрация научной мощи, но и будущие инструменты для решения проблем. «Квантовые технологии основаны на идее управления мельчайшими объектами, что нам известны. Они позволяют выполнять задачи, которые непосильны для существующих компьютеров», — отметил он. В России уже есть квантовые компьютеры, и они уже решают первые задачи быстрее суперкомпьютеров, оправдывая ожидания ученых. Однако пока не совсем понятно, для расчетов в каких областях они подойдут лучше всего. Грант РНФ, по которому работает группа Алексея Федорова, посвящен использованию квантовых компьютеров в вычислительной биологии.

Кроме того, для таких компьютеров пока не хватает алгоритмов — возможно, для них придется переосмыслить сам подход к решению сложных вычислительных задач и принцип построения квантовых компьютеров. Не исключено, что для них понадобится качественно другой подход, который выведет мощности на новый уровень. Примером такого подхода может стать троичная логика, а сам квантовый процесс может проходить не на кубитах, а на кудитах. Подобных компьютеров в мире существует всего четыре, и один из них — в России.

«Настроение научной общественности такое: мы работаем с людьми, а не с государством»

Многих ученых интересовал вопрос, что же будет с отчетностью РНФ по грантам, где раньше требовались и указывались статьи в журналах из списков Web of Science и Scopus. Александр Хлунов ответил и на него. «Вышло постановление правительства, которое призывает не ссылаться на публикации в базах WoS и Scopus. Но требование по входному билету у нас осталось», — заявил он. В новой системе во всех отраслях знания члены экспертного совета будут оценивать «вес» новых публикаций. Огромное значение будет придаваться уровню научного издания, исходя из которого экспертный совет будет выносить решения. Также в заявке появится рубрика, связанная с вовлеченностью ученых в практическую деятельность.

В новых условиях сохранить поддержку бизнеса научным организациям будет сложнее, поэтому наличие индустриального партнера станет не обязательным, а предпочтительным. Таким образом, требование по софинансированию от них может быть снято. От работы с РНФ также отказались семь международных партнеров, но российские научные группы в составе международных коллективов все равно будут финансироваться. Снимается также требование совместных публикаций, ведь личное отношение зарубежных коллег может резко измениться. Позиция РНФ состоит в том, что наказывать научный коллектив за невыполнение этого требования не стоит. Теперь акцент будет делаться на партнерстве с научными организациями стран БРИКС и СНГ. По проектам с Индией и Китаем ожидается увеличение на 30%.

Кроме того, в два раза увеличится количество экспертиз, а стоимость одной экспертизы возрастет до 2500 рублей, «хотя многие ученые и так считают это своей почетной обязанностью». «У нас самые разные мнения по вопросу, что будет вместо показателей WoS и Scopus. От одних научных коллективов поступили письма, что никаких препятствий к публикации у них нет, другие пишут, что столкнулись со сложностями. Не будем забывать, что в России есть индекс RSCI. Министерство науки и высшего образования также готово развернуть программу поддержки <…>. Членов экспертного совета РНФ будут поощрять войти в редколлегии российских журналов, это повысит их уровень больше, чем простой перевод с русского на английский», — отметил Хлунов, добавив, что «для нас это будет бурный год».

«Scopus и WoS — это библиографические системы, а сами журналы никогда не откажутся от статьи, которая поднимает их престиж, только из-за приверженности одной политической идее», — уверен Василий Исаков. По его словам, у ученых возникают сложности с оплатой публикаций в журналах open access, которые бесплатно открывают доступ к статьям для всех, но существуют на средства авторов. Однако, столкнувшись с такой проблемой, он получил ответ от редакции, что они готовы опубликовать статью, поскольку уровень научного коллектива вызывает у них уважение, а оплату они могут принять и позже, когда ограничения снимут.

В комментариях к трансляции некоторые ученые выразили недовольство: из-за нововведений публикаций в российских журналах должно быть больше, чем раньше требовалось в международных, а конкуренция в этих условиях и без того вырастет. А вот Антон Максимов «не ощутил на себе каких-то сложностей по процедуре принятия и публикации статей». «Мне кажется, проблема сильно преувеличена. Риски в отдельных журналах зависят от позиции главных редакторов. Но чаще всего их позиция в том, что наука едина и дискриминация — это удар и по науке в России, и по науке в мире. Настроение научной общественности такое: мы работаем с людьми, а не с государством», — заключил он.


Подписывайтесь на InScience.News в социальных сетях: ВКонтакте, Telegram.