Учет результатов в науке, от которого зависит распределение средств, отчетность, гранты и защиты, основан на оценке публикационной активности. Для этой работы нужен «Белый список» — перечень достойных изданий, на основе которых нужно считать KPI ученых. Как его составить, какие «красные флаги» нужно искать в научной периодике, что директор РЦНИ сравнивает с пляской масаев, в чем секрет «Успехов химии», какие анекдоты рассказывают про список ВАК, на каких условиях стоит выдавать только что созданным журналам кредит доверия и нужны ли вообще ученым системы оценки — все это обсудили участники дискуссии «Как научному изданию попасть в "Белый список"?» на Конгрессе молодых ученых.
«Журнал журналу рознь»
«Белый список 2.0» должен стать новым перечнем качественной научной периодики. Однако в него, по словам модератора дискуссии, начальника управления обеспечения информационными ресурсами РЦНИ Алексея Лутая, планируется включить большую часть списка ВАК. Пока версия «Белого списка» опирается на «ядро» РИНЦ — то есть, журналы, индексируемые в Scopus, Web of Science, Russian Science Citation Index (RSCI) . Сейчас перед ведомствами и учеными стоит задача по-новому сформировать критерии, по которым журналы будут отбирать. «"Белый список" — перечень, где публикация будет считаться за научный результат без дополнительной экспертизы», — пояснил Лутай. Такой подход, основанный на вере в институт рецензирования, очень помогает оценке публикационной активности ученых. В организации науки подсчет KPI требуется на каждом шагу — от выдачи грантов, госзаданий и премий до защиты диссертации и отчетов за потраченные ресурсы.
«Раньше удобными инструментами для этого были международные системы Web of Science и Scopus. Со временем в неанглоязычных странах поняли, что прямое использование зарубежных индексов вредно, так как национальные журналы хуже цитируются на других языках, и эти страны сделали свои "Белые списки"», — добавил Лутай.
Правда, это не единственная причина, по которой WoS и Scopus перестали нам полностью подходить: в 2022 году отечественных ученых освободили от обязательства публиковаться в международных научных журналах, входящих в эти базы, из-за возможных санкций. Часть таких изданий действительно начали отказывать принимать статьи от исследователей с российскими аффилиациями. Но без международных публикаций и баз страна не только ограничивает возможности обмена знаниями, но и теряет важный наукометрический инструмент — одобренный квалифицированными учеными список достойных журналов. В Минобрнауки с 2020 года рассчитывается комплексный балл публикационной результативности (КБПР), который строится как раз на основе уровня изданий, где исследователь выпускает свои работы.
Ольга Алексеева, главный ученый секретарь Курчатовского института, высказалась в защиту российской научной периодики. «Если раньше сама возможность опубликоваться в иностранном журнале была для многих интересна, сейчас о том, что российские обязательно плохие, а иностранные все хорошие, речи не идет <…>. Журнал журналу рознь, – отметила она. — И за границей порой публикуют ерунду просто из-за хорошей аффилиации автора». Сама Алексеева знает об этой проблеме с двух сторон: как автор научных статей и как сотрудник института, открывшего собственный издательский дом и издающего уже 19 журналов.
«Игры в категории, в квартили — это в целом вредная затея»
Олег Белявский, директор РЦНИ, где и занимались «Белым списком» в предыдущей версии, высказался о положении дел довольно резко, закономерно ожидая, что вокруг перечня будет сломано немало копий. По его словам, мы подошли «к переломному моменту в истории, когда нужно пересмотреть отношение ко всему, что связано с фиксацией результатов разработок», а сама идея публиковаться за рубежом и выводить свои журналы в международные топы появилась на волне эйфории во время развала СССР. Тогда ученые хотели включиться в международный обмен знаниями и глобальное разделение труда, равняясь на западных партнеров. «Сейчас, по прошествии 30 лет, стоим у корыта, которое может не совсем разбито, но треснуло», — посетовал он.
«Все предыдущее представляется в виде пляски масаев, которые стараются подпрыгивать как можно выше, чтобы повысить свои шансы у противоположного пола. Вот так мы подпрыгивали перед западными работодателями. <…> Этот инструмент использовался для отбора лучших наших умов для последующей эксплуатации на западных рынках», — считает Белявский. Из-за этого, по его мнению, «стерлись границы между тем, что дозволено и не дозволено», и ученые не задумывались, что добытые ими знания и полученные на их основе сведения могут использоваться конкурентами «во вред стране».
«Некоторые наши ученые заигрались в открытость, итогом чего стали судебные дела, от которых мы ни нормативно, ни административно не смогли уберечь, хотя в большинстве своем они законопослушные граждане», — продолжил Белявский.
Не упоминая о рисках скатиться в псевдонауку, кумовство и бессмысленные растраты ресурсов, он добавил, что «в принципе, ученым никакие системы оценки не нужны, если есть голова, предмет, о котором ты думаешь, мысли, есть возможность обменяться результатами». По его мнению, «игры в категории, в квартили — это в целом вредная затея»: в сообществе все знают, кто делает хорошую науку. Большую роль играет репутация и авторитет. Так, Перельман, совершив в свое время прорыв, сейчас не публикуется активно, однако пользуется уважением.
Приходится подчиняться наукометрии лишь для того, чтобы отчитываться перед чиновниками за финансирование из федерального бюджета, ведь других KPI пока не придумали. Но, как справедливо заметил Белявский, поклонение показателям превращает ученых в бюрократов и формалистов, отнимая добрую половину драгоценного рабочего времени.
По тем же причинам директор РЦНИ предложил не тратить ресурсы на постоянный пересмотр будущего перечня, который нужно сформировать «достаточно быстро, а трансформировать и актуализировать — достаточно редко». При этом сам факт попадания журнала в список должен привести к тому, чтобы публикация в нем оценивалась как научный успех.
«Список ВАК имеет плохую репутацию»
О важности перечней достойных научных журналов высказался Виталий Баган, прор