Loading...

«Российская биомедицина находится если не на вершине, то на передовых позициях в современном научном мире»
rawpixel.com / Freepik

8 февраля в международном мультимедийном пресс-центре МИА «Россия сегодня» состоялась пресс-конференция на тему: «Россия и мир: достижения науки в области биомедицины». Участники конференции, приуроченной ко Дню российской науки, обсудили роль биомедицины в современном обществе, ее перспективы и уже достигнутые результаты.
Новые технологии на страже здоровья

Первым слово предоставили вице-президенту РАН, руководителю отдела фундаментальной и прикладной нейробиологии Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени В.П. Сербского, заведующему кафедрой медицинских нанобиотехнологий Российского государственного медицинского университета Владимиру Чехонину. Он поздравил коллег с Днем российской науки и подчеркнул, что в современном мире крайне важно объединять усилия исследователей из разных стран для решения глобальных научных задач. По словам Чехонина, такие проблемы, как борьба со СПИДом, инсультами, сахарным диабетом, некоторыми сердечно-сосудистыми заболеваниями, не могут быть решены отдельными группами ученых. При этом основой — своеобразной платформой — для лечения подобных заболеваний служит биомедицинская наука. Поэтому она отражает уровень развития современного общества.

Чехонин отметил, что российская биомедицина внесла неоценимый вклад в борьбу с коронавирусом: «Российские ученые — специалисты в области биомедицинской науки сказали свое слово как в диагностике и разработке новых методов лечения коронавирусной инфекции, так и в создании отечественных вакцин. Российская биомедицина находится если не на вершине, то на передовых позициях в современном научном мире».

Следующим выступил академик РАН, член Комитета Государственной думы РФ по охране здоровья, президент НМИЦ детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Дмитрия Рогачева Александр Румянцев. Он продолжил мысль своего коллеги, рассказав о собственном опыте работы в биомедицине. По мнению Румянцева, за последние годы в этой области произошла революция. Важным толчком для нее стало секвенирование человеческого генома, которое было завершено в 2000 году. Румянцев подтвердил свои слова несколькими яркими примерами новых методов лечения, разработанных именно благодаря изучению генома человека. Среди них — лечение острого лимфобластного лейкоза с помощью антител и противоопухолевая терапия с использованием гемопоэтических стволовых клеток из красного костного мозга.

Владимир Чехонин привел еще один пример успешного внедрения фундаментальных исследований в клиническую практику. Около двадцати лет назад был открыт феномен РНК-интерференции, явления, когда особый тип нуклеиновых кислот — микроРНК — используют для того, чтобы заблокировать участок гена, который по какой-либо причине оказался неправильно работающим, иначе говоря «сломанным». На основе этой технологии в России разработан препарат для лечения амилоидоза (нарушения белкового обмена).

«Подходы, разработанные на основе фундаментальных научных исследований, на сегодняшний день позволили нам решить целый ряд важнейших проблем, в том числе связанных с лечением коронавирусной инфекции», — рассказал Владимир Чехонин.

Борьба с генетическими заболеваниями

Далее тема обсуждения сместилась к вопросам диагностики генетических заболеваний. О возможностях неонатального скрининга и его доступности в России рассказал член-корреспондент РАН, директор Медико-генетического научного центра имени академика Н.П. Бочкова, главный внештатный специалист по медицинской генетике Министерства здравоохранения РФ Сергей Куцев. В первую очередь он объяснил, какие именно заболевания диагностируются с помощью неонатального скрининга. К ним относятся так называемые орфанные болезни, которые встречаются очень редко — порядка одного случая на 10 000 человек. Около 90% таких болезней — наследственные, то есть связанные с нарушениями генетического аппарата. Поскольку многие из этих заболеваний могут быть летальными в раннем возрасте, крайне важно проводить своевременную диагностику, которую должен обеспечить неонатальный скрининг. «Это может быть селективный скрининг — он используется для детей, у которых уже есть какие-то проявления болезни, но более эффективный метод обследования — массовый неонатальный скрининг. Это обследование абсолютно всех новорожденных на наличие ряда наследственных заболеваний, для которых существует эффективное лечение», — пояснил Сергей Куцев.

На сегодняшний день в России неонатальный скрининг охватывает пять наследственных заболеваний, но в прошлом году правительство приняло решение расширить его до 36 заболеваний. По словам Куцева, введение в медицинскую практику неонатального скрининга — результат серьезной многолетней фундаментальной работы. Далее он обратил внимание на лечение тяжелых наследственных заболеваний методами генной терапии. Эти подходы рассматриваются как наиболее перспективные и уже сейчас дают значимые результаты. Однако крайне важным оказывается начать лечение в первые месяцы жизни ребенка, что подтверждает необходимость массового неонатального скрининга.

«Говоря о генной терапии, я подразумеваю различные методы лечения, в том числе РНК-интерференцию, о которой говорил Владимир Павлович. Еще один метод — редактирование генома — относится к клеточным технологиям. Но классическая генная терапия — самое перспективное направление, хотя в мире зарегистрировано всего два типа геннотерапевтических препаратов: для лечения спинальной мышечной атрофии и лечения дистрофии сетчатки. В первом случае, если препараты вводятся в течение первого месяца жизни ребенка, то его дальнейшее развитие не будет отличаться от развития здоровых людей. В случае дистрофии сетчатки уже на третий день после проведения терапии пациент начинает различать цвета и предметы. Несмотря на то что зарегистрировано всего два описанных мною препарата, целый ряд подобных находится уже на третьей стадии клинических испытаний. Поэтому перспективы очень большие», — подчеркнул Сергей Куцев.

О регенеративной медицине

Следующий докладчик — профессор, вице-президент по внедрению новых медицинских технологий АО «Генериум» Дмитрий Кудлай — рассказал о развитии технологий регенеративной медицины в России. «У каждой клетки нашего тела есть несколько путей развития: рост, дифференцировка или гибель. Когда ученые поняли, что процессом дифференцировки можно управлять, стало возможно развивать регенеративную медицину. Сейчас при сложных повреждениях, например, тканей коленного сустава, можно в качестве альтернативы протезированию нарастить ткань, искусственно культивированную из клеток здорового сустава. Такими искусственно выращенными клетками можно восполнить до 8–10 см дефектной ткани», — рассказал Дмитрий Кудлай.

Он также подчеркнул, что сегодня нельзя ставить барьер между наукой и образовательной сферой, поэтому ведущие университеты России активно развивают перспективные медицинские направления. Так, например, недавно в МГУ была открыта магистерская программа регенеративной медицины.

«Россия сейчас не просто поднимает голову — она на равных правах в диалоге с зарубежными специалистами. У нас очень много международных наработок», — заключил Дмитрий Кудлай.

Персонализированная медицина и ее развитие

Далее слово передали профессору РАН, директору Департамента науки, инновационного развития и управления медико-биологическими рисками здоровью Министерства здравоохранения РФ Игорю Коробко. Он начал свой доклад с объяснения термина «персонализированная медицина»: «Не всегда к пациенту относились индивидуально: поставив диагноз, врачи долгое время назначали типовое лечение, но на сегодняшний день ситуация меняется. Приходу персонализированной медицины мы обязаны научно-техническому прогрессу и увеличению объема знаний о механизмах развития заболеваний. Все это позволяет при одной и той же патологии разделить пациентов на отдельные группы, каждой из которых необходимо свое особое лечение. Фактически мы постепенно идем к тому, что для каждого пациента будет свое уникальное лекарство».

Возможность персонализации появляется благодаря тому, что ученым становятся понятны молекулярные механизмы развития болезни, а также ключевые мишени, на которые должны действовать медицинские препараты. Игорь Коробко обратил внимание на то, что с некоторыми проявлениями персонализированной медицины мы сталкиваемся уже достаточно давно. Так, многие годы в законодательстве Российской Федерации присутствует понятие медицинского изделия, изготовленного по индивидуальному заказу. В качестве примера докладчик назвал индивидуальное изготовление протезов и имплантов. Кроме того, на протяжении последних десяти лет персонализированный подход широко используется при лечении онкологических заболеваний. «Каждая опухоль — это индивидуальный молекулярный механизм заболевания со своим спектром генетических поломок, следствием которых является, собственно, неконтролируемый рост клеток. На сегодняшний день активно применяется практика, когда для каждого пациента проверяют, будет ли именно для него эффективно то или иное лечение, поскольку для разных опухолей в зависимости от их молекулярно-генетических особенностей оно отличается», — рассказал Коробко.

«У России огромный потенциал»

Заключительной частью конференции стали ответы докладчиков на вопросы журналистов. Первый вопрос, адресованный Игорю Коробко, был посвящен доступности достижений биомедицины по полису ОМС и проблемам увеличения продолжительности жизни. Коробко подчеркнул, что, поскольку геннотерапевтические технологии только начинают входить в медицинскую практику, требуется время перед тем, как они войдут в систему ОМС. На вопрос об увеличении продолжительности жизни докладчик ответил: «Не так важно изобрести правильную таблетку. 80% нашего здоровья — это здоровый образ жизни. Медицина только поможет его сохранять».

Сергей Куцев добавил, что высокотехнологичные методы диагностики и инновационные методы лечения, которые пока не входят в ОМС, доступны по программам федерального и регионального бюджетирования, а также благодаря фондам поддержки детей с тяжелыми и редкими заболеваниями.

Александр Румянцев обратил внимание на то, что значительные проблемы с внедрением высокотехнологичных препаратов в медицинскую практику связаны с законодательной базой: «Законодательная база отстает от развития науки и затрудняет ее движение. До сих пор не существует законодательной базы для банков доноров, хотя эта тема обсуждается очень давно. Это важно, поскольку клеточные технологии, используемые для лечения пациентов, должны быть безопасны и эффективны, а значит, их допуск должен быть строго урегулирован. Отчасти по этой причине мы не можем сделать достоянием широкой общественности многие технологии».

Тему нормативно-правовой базы в сфере биомедицины продолжил следующий вопрос — об этических проблемах, которые могут возникнуть при использовании генной терапии. Сергей Куцев прокомментировал эту тему так: «Если говорить о нормативных актах, то они, конечно, выпускаются Министерством здравоохранения. Сейчас, например, проходят согласование новые приказы о порядке оказания медицинской помощи пациентам с врожденными генетическими заболеваниями, и обновление этих документов связано как раз с предстоящим расширением неонатального скрининга. Что касается биоэтических проблем, которые возникают при медико-генетическом консультировании, они в Российской Федерации законодательно не отрегулированы».

Затем Владимир Чехонин ответил на вопрос об уровне российской биомедицины по сравнению с другими странами. По мнению Владимира Чехонина, Россия занимает высокие позиции. «Касательно областей, в которых Россия находится не на ведущих позициях, можно отметить мощный потенциальный рост. Те моменты отставания, которые имеют место быть и которые нельзя не признать, на сегодняшний день активно разрабатываются и входят в сферу интересов российской науки», — добавил Чехонин. В подтверждение его слов Дмитрий Кудлай привел статистические данные, согласно которым в направлении орфанной терапии Россия входит в пятерку мировых лидеров.

Сергей Куцев выразил уверенность в том, что еще более высокие позиции России в мировых рейтингах по развитию биомедицины можно обеспечить благодаря развитию университетов, которые проводят приоритетные научные исследования в этой области. «У России огромный потенциал, и те научные центры, которые работают самостоятельно или в составе международных научных групп, должны быть мультиплицированы. Тогда мы будем не только по качеству, но и по количеству введенных разработок входить действительно в самый топ. А то, что мы это можем, — это однозначно», — заключил Сергей Куцев.


Подписывайтесь на InScience.News в социальных сетях: ВКонтакте, Telegram.