Несмотря на экономические и политические вызовы 2025 года, биоэкономика динамично развивалась во всем мире. Объем рынка увеличивался, появлялись новые разработки, все больше брендов предлагали экологичные альтернативы привычным материалам, а регуляторные органы выпускали законодательные нормы и стратегии. 2025 год стал знаковым и для российских представителей отрасли: в декабре был утвержден национальный проект «Технологическое обеспечение биоэкономики». О главных изменениях и трендах в отрасли по итогам прошедшего года по версии World Bio Makret Insights поговорим в этом материале.
Биоэкономика становится модной
В 2025 году биоэкономика вошла в моду в прямом и переносном смысле. Новые биополимеры позволили создать экологичные материалы для самых разных целей: от биоразлагаемой упаковки до производства одежды. Так, полимер bioPTMEG, разработанный компанией Covation Biomaterials, способен заменить один из добываемых из нефти ингредиентов в составе полиуретанов, термопластичных эластомеров и спандекса. Еще один пример — новый абсорбирующий полимер для подгузников и других средств гигиены от организации Planet Smart.
Немало инновационных биоматериалов с коммерческим потенциалом в прошлом году предложили и научные организации. В одном из институтов немецкого Общества Макса Планка ученые вывели новый штамм бактерий, который производит биопластик на 15-20% эффективнее своих предшественников, сотрудники Университета Пердью в США создали биопластик из отходов выращивания кукурузы, а исследователи из Северо-восточного университета лесного хозяйства в Китае предложили биопластик на основе бамбука, который полностью разлагается в почве за 50 дней и подходит для вторичной переработки. Не остались в стороне от этой тенденции и российские вузы и институты: так, исследователи из Красноярска синтезировали новый биопластик из отходов рыбной промышленности, а химики из Тульского государственного университета — из растительного сырья.
За новыми веяниями все чаще следуют и модные дома и бренды. Hugo Boss начал применять волокно из переработанного полиэстера, чтобы старый текстиль мог обрести новую жизнь, а не превращаться в отходы. Компания LYCRA запатентовала материал, на 70% состоящий из возобновляемого сырья — волокон кукурузы. По сравнению с производством обычной лайкры, такая альтернатива сокращает углеродный след на 44%. Under Armour и UNLESS запустили линейку спортивной одежды полностью из растительного волокна — и это в индустрии, где доминируют синтетические ткани на основе нефтепродуктов. Тем временем компания Stella McCartney выбрала новый биоразлагаемый материал для производства подошвы кроссовок S-Wave — именно эта часть составляет основную долю отходов от выброшенной обуви. Еще одну полезную разработку для спортсменов предложил университет Дунхуа в Шанхае: ученые создали водоотталкивающую ткань, в составе которой нет соединений ПФАС. Эти вещества почти не разлагаются в окружающей среде (за что получили название «вечные химикаты») и могут накапливаться в организме человека, повышая риск злокачественных новообразований.
Пока что в модной индустрии камнем преткновения становятся высокие цены инновационных материалов. Один из методов борьбы с этой проблемой предложила организация Fashion for Good, которая призывает магазины как конечное звено цепи поставок платить пошлину в пользу изготовителей ткани. Этот шаг позволит компаниям-производителям одежды закупать материал без дополнительных наценок.
Политика и регуляторы
В 2025 году в разных странах происходили изменения в законодательстве, регулирующем биоэкономику. В США биотех-компании столкнулись со сложностями при возвращении к власти Дональда Трампа, при котором прогрессивная политика в отрасли сменилась более консервативной. Одним из шагов новой администрации стала отмена исполнительного приказа 14081, который регулировал и координировал развитие биоэкономики страны. На смену ему были предложены новые документы для некоторых секторов отрасли: акт Ag BIO (Agricultural Biorefinery Innovation and Opportunity), который касается биотоплива, возобновляемых химических веществ, и грантов на их разработку, законы, поддерживающие инновации в пищевых технологиях, а также National Biotechnology Initiative Act, определяющий общую национальную стратегию. Однако некоторые нормы сформулированы в пользу конкретных компаний, что может препятствовать здоровой конкуренции на рынке.
Евросоюз ответил на изменения политического курса приглашением американских компаний переехать в Европу. Сами страны ЕС, еще недавно ориентировавшие свою биоэкономику преимущественно на технологии для устойчивого производства еды и решения климатических проблем, начали уделять больше внимания энергетической отрасли. Но рост европейской биоэкономики пока тормозит снижение спроса на европейские продукты в Китае.
В ноябре 2025 года ЕС выпустил обновленную биоэкономическую стратегию, которая должна гармонизировать регуляторные механизмы между собой и сгладить проблемы нехватки финансирования. Согласно этой стратегии, приоритет получат продукты с высокой добавленной стоимостью, готовые к выходу на рынок: биопластики, биотекстиль, биоматериалы для строительства и растительные продукты.
Хотя финансирование фудтеха в мире на 60% сократилось по сравнению с прошлым годом, крупные игроки не потеряли своих позиций окончательно. Все больше компаний предлагают инновации в пищевой индустрии, и для их регулирования появляются новые законодательные нормы. К примеру, в Великобритании создаются процедуры для оценки безопасности на фабриках по разведению насекомых. Финско-американская компания Onego Bio по производству пищевых ингредиентов подала заявку в Food and Drug Administration, чтобы получить разрешение на производство яичного белка при помощи ферментов и без участия птиц, Biotalys ожидает от Environmental Protection Agency одобрения для своего белкового биофунгицида, а ProGro BIO — для продуктов, которые будут защищать посевы от насекомых и патогенов.
Важным для мировой биоэкономики направлением работы в 2025 году стала и подготовка международных стандартов — по словам директора ФИЦ Биотехнологии РАН Алексея Федорова, входящего в состав Технического комитета ISO/TC 276 «Биотехнологии» Международной организации по стандартизации, сейчас в разработке находится более 25 международных стандартов, касающихся требований к процессу биопечати, биобанкинга, оценки качества органоидов и других вопросов.
В российском отраслевом законодательстве самым значимом событием стало утверждение тематического национального проекта «Технологическое обеспечение биоэкономики». Развитие биоэкономики стало одной из задач по достижению национальной цели «Технологическое лидерство» до 2030 года. Это комплексное направление нуждается не только в общей стратегии, но и в координации усилий со стороны фундаментальной и прикладной науки, образования, индустрии и органов власти, а также сотрудничеству между разными отраслями, связанными с биотехом. Новый нацпроект призван наладить эти связи для эффективной совместной работы.
«При разработке нацпроекта были выделены четыре основные группы сквозных технологических платформ, необходимых для создания производств в различных промышленных отраслях: во-первых, это микроорганизмы, культуры клеток и их производные; во-вторых, микробный биосинтез; в-третьих, продукты переработки растительного и животного сырья; в-четвертых, это средства производства. Новый нацпроект закладывает модель управления отечественной биоэкономикой и систематизирует все эти направления», — пояснил директор ФИЦ Биотехнологии РАН, доктор биологических наук Алексей Федоров.
Рост инвестиций и курс на Восток
Сошедший было на нет после пика в годы пандемии, рост инвестиций в биоэкономику возобновился. В течение 2025 года стоимость акций iShares Biotech Exchange Traded Fund (ETF) выросла почти на 29%, а акции SPDR S&P Biotech ETF подорожали на 37%.
Инвесторы наконец стали вкладываться в биоэкономику активнее, чем в 2019 году, однако их предпочтения изменились. Значительная часть капитала досталась небольшому числу крупных компаний, которые уже показали себя на рынке. Такой выбор можно объяснить тягой к более безопасным и стабильным вариантам, чем новые яркие стартапы, вкладываться в которые более рискованно.
В то же время эксперты предрекают бурный рост биоэкономики в странах Азии. Это касается не только таких гигантов, как Китай и Индия, но и Индонезии, Таиланда, Вьетнама и других новых перспективных игроков. Не остановили привлечение инвестиций даже торговые противостояния с США.
Одна из причин успеха азиатских стран — включение биоэкономики в национальные стратегии развития. Государства вкладываются в инфраструктуру и поощряют инновации в биотехе, и отрасль становится все привлекательнее для инвестиций. Так, власти Индонезии стремятся сделать энергетику страны более независимой, расширяя местное производство биотоплива, а Сингапур собирается выделить 37 миллиардов долларов на поддержку биотехнологических исследований и разработок в ближайшие годы. Национальная стратегия развития Таиланда также делает упор на биопроизводство, благодаря чему крупные химические концерны BASF, Braskem и SCG Chemicals начали открывать там свои предприятия.
При этом стоимость производств (а значит, и конечного продукта) в этих странах ниже, чем в Европе или США, что дает Азии дополнительное конкурентное преимущество на мировом рынке. На фоне санкций азиатские страны становятся перспективными партнерами для российских компаний, а государственные меры поддержки биотеха могут быть примером для подражания.
Для российских ученых и производителей приоритетом остается импортозамещение множества продуктов и компонентов в биотехнологической отрасли, в которых остро нуждаются отечественные компании. Закрытием пробелов в этой нише занимается в том числе Научно-технологический центр биоэкономики и биотехнологий — консорциум из восьми научных институтов, в состав которого входит ФИЦ Биотехнологии РАН. Создаваемые продукты и компоненты — крахмалы и сахара, аминокислоты и ферменты, стартовые культуры, животные и растительные белки, органические кислоты и многое другое — используются очень широко, от фармацевтики до кожевенной промышленности. Но чтобы реагировать на потребности рынка и переводить научные разработки и технологические решения в промышленный масштаб, необходима поддержка со стороны бизнеса и государства: создание и развитие инфраструктуры, льготное финансирование, грамотная кадровая политика.
Пока, согласно оценкам, представленным в докладе «Росконгресса» в августе 2025 года, доля биоэкономики составляет менее 1% ВВП России, что в 8 раз меньше аналогичного показателя для Бразилии и в 5 раз — для ЕС. Чтобы увеличить долю биоэкономики в ВВП до 3-5%, минимальный объем инвестиций в отрасль должен составлять в 300-400 миллиардов рублей в год. Пик их роста, по прогнозам, придется на 2030–2040-е годы.
«Потребности в биотехнологических продуктах и биоперерабатывающих производствах в России колоссальны, и это открывает огромные возможности для роста, особенно учитывая широкое разнообразие биоресурсов, которыми располагает наша страна. Да, разработка и внедрение биотехнологий требуют значительных вложений, однако они становятся одним из ключевых факторов национальной безопасности в самых разных отраслях — от продовольственной до энергетической. Мы должны приложить все возможные усилия, чтобы соответствовать запросам рынка и не оказаться на обочине, когда другие страны перейдут на новый технологический уклад», — подытожил директор ФИЦ Биотехнологии РАН Алексей Федоров.
Подписывайтесь на InScience.News в социальных сетях: ВКонтакте, Telegram, Одноклассники.
